Недалеко от Выборга, примерно в ста километрах от центра Петербурга, в поселке Заводской с прошлой зимы живут тигры, рыси, пумы и леопарды. Они спокойно существуют в хосписе «Дом Тигра», где за ними ухаживает семейная пара: Дмитрий Ким и Яна Олейник. Специалисты по работе с дикими животными нашли свое призвание: спасать диких кошек, лечить и выхаживать их, дав шанс на нормальную жизнь вне стен передвижного зоопарка, цирка или горе-хозяев.
Фото: Neva.Today
Полосатые за забором
Зимой 2022 года в поселке Заводской Всеволожского района Ленобласти 11 гектаров приобрела необычная семья, а в конце мая Яна – ветеринарный врач и Дмитрий – артист-акробат и дрессировщик наконец-то заселились вместе со своими кошками. Питомцы оказались непростыми, а полосатыми. Так свою работу начал первый в России реабилитационный центр «Дом Тигра», где шанс на жизнь могут получить дикие животные. Поначалу семья была небольшая, однако за год разрослась: специалисты хосписа спасли 20 зверей, сейчас там живут 11 тигров, четыре пумы, три леопарда и одна рысь. У каждого из них тяжелая судьба – долго работали в цирках, передвижных зоопарках и были брошены в истощенном и больном виде, однако им повезло оказаться в заботливых руках Дмитрия и Яны. Также специалистам удалось спасти двух пони, которые когда-то работали в цирке. Иногда после успешной реабилитации животное удается пристроить новым, адекватным хозяевам.
«Занимаемся тем, что просто спасаем животных, выручаемых из разных сложных ситуаций, которые происходят в нашей стране. Кто-то их бросил, оставил, стали не нужны и так далее. Мы не берем здоровых животных, потому что есть учреждения, которые могут им помочь, а даем шанс тем животным, у которых нет шансов в других местах.
У нас очень большая команда врачей, сотрудничаем с фондом госпиталя «Дикая природа», все на высшем уровне. Самое главное, известная команда врачей, которые у нас есть в стране, это порядка 18-19 специалистов. Постоянно строим, что-то варим»,
– поделился Дмитрий Ким.
Владелец хосписа рассказал, что соседи поначалу относились с настороженностью, однако потом привыкли, поняли, что все спокойно и тихо, столпотворения не происходит. К тому же, чтобы прокормить и содержать такую большую семью Дмитрию и Яне приходится очень много работать. По словам Дмитрия, есть местные жители, которые поддерживают, приезжают, привозят еду, деньги, игрушки, лекарства. Не обделяют вниманием и преданные зрители, которые следят за судьбой спасенных тигров в интернете. На YouTube-канале «Дома Тигра», кстати, 364 тысячи подписчиков.
Осмотрев территорию, можно сказать, что дикие коты чувствуют себя, наконец-то, в своей тарелке: для них огородили большие вольеры. К тому же, территория подходящая, ведь вокруг лес.
Из Новосибирска семья переехала, потому что не смогла найти землю, которая отвечала бы их требованиям, кроме того, не удалось найти общего языка с местной администрацией.
Спасение тяжелых судеб как стиль жизни
Первым, кого спасли Дмитрий и Яна, стал Астон Мартин, для его перекупки из передвижного зоопарка на Кавказе пришлось сдать в ломбард машину. Яна, придя в зоопарк на должность ветеринара, увидела почти умирающих тигрят, животных неправильно кормили и содержали.
«Супруга сказала, что мы должны выкупить кота, я спорить долго не стал. Выкупили его и столкнулись с проблемой, что у нас в стране нет мест, где помогают крупным хищникам. Жил у нас дома, потом перевезли еще пару львиц, пристроили их и поняли, что было бы неплохо когда-нибудь заниматься тем, чем нравится, то есть котов выручать и лечить.
Тогда это казалось фантастикой, потому что мы понимали, что содержать таких животных очень сложно и дорого. У многих сломана психика, они визуально выглядят плохо, соответственно, не нужны ни одному зоопарку. Ну, и соответственно, ровно по этой же причине, это не может быть такой коммерческой деятельностью, как зоопарк или ещё что-то подобное, а в некоммерческой структуре очень сложно было бы дать им хорошие условия».
За железной стенкой живут тигрица Хонда и тигр Роллс Ройс. Самка попала под закон о закрытии контактных зоопарков с хищников, животные стали никому не нужны и распродавались.
Дмитрий признается, что любимчики, это, наверное, первенцы. Астон очень важный, его «подпольная» кличка Лорд: тигр аккуратен, не будет есть мясо на песке, аккуратно возьмет его и отнесет домой, положит на полочку и спокойно перекусит, лояльный к людям.
«Рося это неаккуратный увалень, громоздкий, большой. Обижает его пассия Хонда, она серьезная мадам, которая может отлупить, такая барышня хорошая».
Тигрицу Аврору семье передал ее прежний владелец из Саратова. У животного была большой степени глаукома, которую он пытался лечить сам, но сделал хуже, глаза спасти не удалось. Тигрица живет в вольере одна и не особо любит сородичей, она уже привыкла к слепоте, адаптировалась к местности и чувствует себя хорошо.
По соседству живет троица: Камри бросили умирать в клинике в Екатеринбурге, осталось много заболеваний, в том числе, эпилепсия, глухота и проблемы со зрением, тигрица Опелька плохо видит, ее подарили вместе с братом Зевсом Санкт-Петербургу из Мариуполя. На момент, когда она попала в хоспис, у нее было больше десяти переломов. Третий сосед по кличке Динго, у него есть неврологическое заболевание. Коллектив образовался дружный.
Недавно братья Запашные передали «Дому Тигра» пенсионерку — белую тигрицу — 15-летнюю Жанну, которая много лет выполняла трюки в «Цирке Чинизелли». Сейчас она проходит карантин в своем личном трехкомнатном вольере и чувствует себя отлично на природе. Команда надеется обеспечить ей хорошую старость.
Кстати, у каждого вольера есть отапливаемый домик, где стоят миски с едой и водой и можно с комфортом спать зимой. Дмитрий шутит, что в холодное время года счета за электричество их пугают. В самом вольере для животных есть много игрушек.
Питание у хищников классическое: шесть-восемь килограмм различного мяса в день. Кошки едят куру, говядину, конину, свинину, баранину по ночам. До 5-6 утра они «тусуются», как выразился хозяин, а просыпаются после двух часов дня. Сильная активность начинается после 7-8 часов вечера, когда начинаются ночные «скачки», как у домашних кошек.
Дмитрий отметил, что важным правилом для центра является кастрация и стерилизация животных, «Дом Тигра» не занимается разведением. Один помет был, от Роллс Ройса и Хонды, малыши Инфинити, Тесла и Таха (ласково Финик, Теся, Таха) продолжают жить хосписе. Кроме того, все животные чипированы и находятся в реестре.
Проходя вглубь участка, мы видим большой вольер, где живут четыре пумы. Во время разговора с Дмитрием одна из них пыталась привлечь внимание и настойчиво «пела», пока к ней не подошли и не погладили через клетку.
Певцом оказался Амадеус, который сбежал во Всеволожске от своего бывшего хозяина осенью 2022 года. Хищник жил у мужчины с 2011 года. Трех других соседей Амадеуса, Дакоту, Асти и Риту, тоже заводили частники. Кто-то не знал законов, а кто-то не хотел их знать. У одной из пум нет ушей, пальцев на лапе, поэтому людей она не особо жалует, особенно чужих.
Перевозить из разных уголков страны брошенных диких животных непросто и с бюрократической точки зрения: у них нет документов, неясно как и откуда они взялись. Кроме того, в России не существует племенных книг для таких кошек, что тоже сильно усложняет работу.
«Гипотетическая, но практическая ситуация. В центре города N с населением сто тысяч человек бросили клетку со львом. Что делать? Приютов для таких животных в стране практически нет. Документов на них тоже нет. С точки зрения госветслужб карантин должен быть пройден по месту. То есть я должен прилететь в какой-то город, взять все оборудование, клетки, перегонки, отстоять там 28 дней, получить какое-то разрешение и документы, откуда животное взялось, привезти его сюда. Как это сделать? Невозможно. Соответственно, нужно договориться с местными властями. Говорим, что хотим забрать и спрашиваем, не против ли они, чтобы животное отстояло карантин у нас. Это абсолютно ручная история.
В Новосибирске у нас не было такой возможности. Здесь очень хорошо к нам относятся службы, это и Росприроднадзор, который нас курирует постоянно, и Государственная ветеринарная служба. Как-то по-человечески к нам отнеслись с самого начала. Команда ветеринаров у нас наполовину из Москвы, наполовину из Петербурга, здесь их проще собрать ради операций».
Чуть дальше, направо, живут два леопарда: Бетти и Герд. Первая ходила восемь месяцев на сломанной лапе, ее пришлось ампутировать. Герд — заслуженный 19-летний пенсионер, раньше он снимался в кино и работал в цирке, это единственный не кастрированный кот. На человеческий возраст ему около ста лет.
Еще один вольер с леопардом стоит отдельно, там живет Веста (Булочка), которую выкупили в Оренбургской области, где умер хозяин передвижного зоопарка и животные остались замерзать на морозе. Договориться удалось с трудом, однако леопард все-таки попал в хорошие руки в прошлом Новом году. Дмитрий рассказал, что ее должен был забрать зоопарк, но внешнее состояние Булочки было критическое, животное было практически лысым, от нее отказались. Определить ее возраст сложно, но точно больше десяти. Недавно кошек навещал врач-стоматолог, некоторые зубы животных воспалены и мешают им полноценно есть.
За год в семью попало 10 диких кошек, при этом обращений было около 130, однако забрать всех физически не получится.
«Это стиль жизни, если относиться к этому как к полноценной работе, можно с ума сойти. Представьте работу, где вы не можете взять выходной, уехать в отпуск, полениться. Мы все делаем по очереди. Если кто-то из нас заболел или решил пару дней отдохнуть, это не значит, что ничего не надо делать.
Уверенности, что мы сможем, до сих пор нет. У нас 19 животных. Хорошо, что сейчас есть работа, здоровье, люди и команда, которая готова нам помогать, но это не значит, что это будет завтра и послезавтра. Сейчас нас здесь три человека. Мы с супругой полностью ухаживаем за животными от начала и до конца, а третий наш строитель. Волонтеров у нас не может быть, потому что это опасно».
Недалеко от вольера с пумами стоит дом, там расположен конференц-зал, где специалисты могут проводить лекции и оперировать животных. Недавно «Дом Тигра» начал свою просветительскую деятельность, давая возможность всем заинтересованным специалистам получить бесценный опыт в работе с дикими животными.
Для знакомства остался последний вольер: это самый крупный вольер для тигров на 2 500 квадратных метров с двумя ручьями и озером. Именно здесь летом появился бассейн для полосатых. Там живет первый и последний помет тигрят от Хонды и Ройса. Финя – это сын своего отца, как выразился Дмитрий, такой же увалень, большой и хороший. Тесла такая же, как Хонда, немного грубоватая, серьезная, быстрая. Таха – что-то между ними.
«Первое дело – это пролечить, второе – создать условия, а третье – сделать развлекательную базу, чтоб было интересно. Не просто ходить и ходить, хочется, чтобы им было чем заниматься, чтобы они сами с собой были, чтобы животные не скучали. Благо, когда их много в одном вольере, они спокойно это воспринимают, то есть, они общительные, хорошие. Если ещё украшать среду, делать их жизнь интереснее, то качество жизни, конечно, улучшается».
О своих подопечных владельцы «Дома Тигра» отзываются с любовью и нежностью, однако есть и грустная сторона истории.
«Один тигр к нам приехал на полтора месяца с онкологией и почечной недостаточностью. Если животное нельзя вылечить, это не значит, что ему нельзя помочь. Конечно, расставаться всегда тяжело. Но когда ты понимаешь, что они уходят не в клетке передвижного зоопарка, не где-то на задворках, не получают пулю в лоб от таксидермиста, а уходят в любви, в заботе, чистые и ухоженные, обезболенные, на природе, то это правильно»,
– поделилась Яна.
Петербург, планы и законы
По сравнению с Новосибирском зимы здесь ощущаются легче. По словам хозяина, на предыдущем месте жительства приходилось уходить в ангары для работы на три месяца, там сварить большие вольеры не удавалось, а здесь удается работать практически весь холодный сезон. Дмитрий смеется, что прошлой зимой они проленились всего один день.
Всё, что есть на участке, в первую очередь большие вольеры, команда делает вручную. В планах – дальше обустраивать и улучшать жизнь полосатых, построить еще пять вольеров.
Поскольку семья в этом деле, можно сказать, первопроходец, понять, как лучше построить вольеры и логистику, не всегда удается с первого раза. Специалисты общались с подобными организациями за рубежом, однако климатические условия и ряд других, в том числе законы и государственная помощь, сильно отличаются.
Ни для кого не секрет, что законодательной базы по работе с хищниками практически нет. Например, за рубежом, если кто-то залез в клетку хищника и пострадал, то виноват тот, кто залез, а у нас будет виновен хозяин.
«Когда законы принимают на бегу, потому что был резонанс, не всегда это про правду. Нужно еще работать и работать. Много нюансов, которые должны быть, но их нет. Например, нет родовых книг. Вы когда собаку покупаете, знаете ее родословную, а у хищников такого нет. Непонятно, краснокнижное это животное, либо гибрид, кто покупал, кто продавал, вопрос к черному рынку. Надо работать над этим. Делаем все, что в наших силах».
Кроме того, не так, как нужно, работает Федеральный закон «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» № 498-ФЗ. Передвижные зоопарки могут оформить разрешение на работу как фонд спасения животных, фотографы, которые используют котят, могут быть АНО или приютом.
Кроме того, Росприроднадзор должен контролировать такие организации, однако, оказывается, они могут отказаться от проверки в течение трех дней. Чем занимаются люди за своим забором – останется загадкой. Никто не сможет помешать разводить и продавать животных, устраивать фотосессии, никакого контроля нет: ничего нельзя запретить или разрешить.
Легальное поле для тех, кто хочет соблюдать закон, стало немного тяжелее, а те, кто находился в черной зоне, так в ней и находится. Лицензию на работу могут получить цирки и зоопарки, которые чисто физически, кажется, не могут пройти проверку. А штраф за нарушение закона всего пять тысяч рублей. Для людей, которые зарабатывают миллионы на эксплуатации животных, вряд ли это может показаться существенной санкцией.
Также не хватает закона о разведении диких животных, обязательной стерилизации гибридов, чипировании, изъятии животного в случае нарушения. Нет единой формы документа, нет методик и специалистов, которые смогут точно назвать возраст животного.
Так, согласно закону, животные, купленные до 2020 года, остаются со своим владельцем до естественной смерти, однако про потомство, опять же, ничего не сказано. Что делать с ними тоже неясно: создается впечатление, что выход всего один – усыпление. При этом речи о субсидировании зоопарков на приемку таких животных почему-то не идет.
Покалеченные судьбы хищных котов не кончатся просто так, за ними должна следить власть, в том числе исполнительная, чтобы законы соблюдались.
«Дом Тигра» продолжит спасать хищников, пока есть силы и неравнодушные люди. Помочь семье можно чем угодно: металлом, едой для котов, лекарствами и бочками-игрушками.
Ранее Neva.Today писала, что тигренок Зевс из Мариуполя получил в Ленинградском зоопарке подарки.
